Рецензия Любитель абсента Кузьмина

АНАЛИТИЧЕСКАЯ Р Е Ц Е Н З И Я на спектакль А.Л.Ушакова «Любитель Абсента»

Спектакль «Любитель Абсента» – это спектакль, который представляет собой историю жизни одного человека. В центре внимания зрителей оказывается одинокий мужчина, живущий на обычной городской автобусной остановке, типичный люмпен, или, попросту, бомж. Спектакль начинается сценой пробуждения персонажа, укрытого простой картонной коробкой. Зрители, находящиеся в зале сначала не замечают его. Весь процесс пробуждения довольно продолжителен, он занимает несколько минут и это не случайно. Этот момент очень символичен, он напоминает высвобождение птенца из скорлупы яйца, или выход из кокона. Этот процесс мучителен для персонажа, он медленно осознает свое пробуждение и как будто заново видит этот мир. Экспозиция, окружающая героя этому способствует – мусор, грязь, обрывки газет. Внимательно осматривая остановку, он совершает обход вокруг нее, который символизирует хождение по замкнутому кругу. У персонажа нет имени. Он – лицо нарицательное. Композиция спектакля – открытая, так как в завершении персонаж остается на сцене, на том же месте, вспоминая о нужности и значимости коробки для сна. Именно с композиции берет начало цепь деталей, символизирующих вечность и незыблемость проблемы существования таких людей в нашем обществе. Так в спектакле присутствует контекст, углубляющий общую смысловую нагрузку: картина Клода Моне, украшающая афишу, которая называется так же как и спектакль «Любитель Абсента». Известно, что Клод Моне – импрессионист, стремящийся в своей живописи запечатлеть каждое неповторимое движение быстроменяющейся жизни. Образованный зритель сразу же догадывается, что художник в соответствие со своими убеждениями изобразил реально существующего своего современника, регулярно пьющего этот крепкий спиртной напиток. Абсент – напиток с историей и символикой. И то, что в названии спектакля упоминается именно этот напиток, дополняет картину смыслом. Абсент ассоциируется у зрителя с аристократизмом, как благородный напиток, картина Моне, напротив, низвергает его с пьедестала, создавая колорит иронического отношения к персонажу. Атмосфера снисходительности к персонажу с первых мгновений спектакля устанавливается в зрительном зале. А герой, вступая во все больший контакт с залом, извиняющимся тоном обосновывает свое присутствие ожиданием автобуса №29 и важным делом (поездка к дочери на день рожденья). С этого момента появляется основной мотив - мотив пути. Он выступает как метафора жизни этого человека. Этот путь – не обычный, в нем нет движения. Это томительное ожидание в вечной бессмысленности избранного пути, пустое, не подкрепленное действием стремление к чему-то неосознанному и страх перед возможностью сесть в периодически приходящий автобус, символизирующий наличие шанса для перемещения на другой жизненный этап, к другой жизни, к современному образу жизни и признанному обществом существованию. Образ автобуса выступает аллегорией новой жизни в современном мире, мире информации и нового интенсивного ритма. Так в спектакле находит свое выражение тема одиночества человека и более того публичного одиночества. Публичность одиночества персонажа – это и феномен, и оксюморон, поскольку содержит в себе противоположность двух сущностей, двух сосуществующих «Я». Так «Я», окруженное людьми, казалось бы, не может быть одиноким (всегда есть с кем словом обмолвиться), при этом другое «Я» остается отвергнутым изгоем, одиноким пугающим призраком («От тюрьмы и от сумы не зарекайся» - говорит народная мудрость). Именно это качество создает эффект фарса. Этот эффект заслуживает отдельного внимания. Фарс, позерство – это стиль поведения героя. Герой бравирует в интерактивном взаимодействии со зрителями. Отсутствие границы между сценой и зрительным залом этому способствует, а свет рампы усугубляет эффект «присутственно-отсутсвенного» поведения героя. Он здесь, близко, но и отдельно, он сам - тень, потустороннее явление этого мира. Его обращения к зрителю носят разнообразную тональность – то извинительную, то доверительную, то свойскую, почти родственную, то обвинительную. Тема вины – одна из значимых. Чувство вины, по словам героя, и сделало его жизнь такой, это угадывается зрителем по отрывочным фразам о прошлой жизни персонажа. Можно было подумать, что речь идет о раскаивающемся грешнике, но нет. Случайная смерть молодого напарника, не надевшего ремень безопасности, причем, предупрежденного предварительно об опасности самим героем, не имеет к греху никакого отношения. Случайность, жизненная коллизия… Он и не ищет виноватых, но вдруг начинает обвинять зрителей, а в их лице – саму жизнь. Не то, как это случилось (то, что персонаж оказался люмпеном) беспокоит героя, а мысль о том, что «вы (зрители) такие же, как я» только притворяетесь другими, чистенькими. Это стремление к возведению сущности маргинальности в степень всеобщности. А это расширяет масштаб проблемы. Но то, что маргинальность является метафорой жизни современного человека – является неожиданным для зрителя поворотом сюжета. Рассмотрим эту мысль подробнее. Если анализировать смысл метафоры, то необходимо рассмотреть ее основы. Само понятие маргинал переводится как «жить на гране» и в науке (культурологии, социологии) считается, что это люди, которые утратили одну культуру, но не обрели другую. Современный человек так же не чувствует стабильности, его мир хрупок, а социальные проблемы и кризисы усугубляют этот эффект. С другой стороны, глобализация и стремление закрепить свою идентичность тоже дополняют общую картину: человек не видит точки опоры в современном мире, не получает уверенности в завтрашнем дне, а значит – он тоже на грани. Именно это общее коллективное ощущение как тенденцию и инстинктивно чувствует и выражает персонаж. Да и обвинять весь мир в своих проблемах так типично для человека... Необходимо отметить, что персонаж представлен многопланово. Это достигается композиционным приемом введения в спектакль пространства галлюцинаций. Герой входит в состояние транса, образуя другой пласт реальности, который не отличается однородностью и отражает внутренний мир героя, такой же «рваный» как и внешний. Первый фрагмент погружения в ирреальный мир выступает как наваждение, натиск современности – гул машин, звуки голосов из объявлений выглядят как процесс кодирования героя, программирование его сознания. Второй фрагмент – аллюзии прошлого, отголоски жизненного успеха – семья на отдыхе (шум прибоя, крики чаек и сбивчивая отрывочная речь персонажа, выражающая заботу о жене и дочери… Несмотря на внешнюю благополучность аллюзии – персонаж не наслаждается этим «счастьем прошлого», он выражает тревожность, напоминающую то ли запоздалое предчувствие беды, то ли неосознанный страх… Один из фрагментов погружения в забытье представляет собой сбивчивый, но проникновенный и развернутый монолог-обращение героя к дочери. Он представляет собой крик, вызванный персонажем из глубины души, из другого времени (прошлого), из галлюциногенного пространства… Сам монолог постепенно становится отрывистым, смешанный с неопределенностью высказываний, бессвязностью. Этим приемом достигается смешение временного континуума – зрителю не ясно к той маленькой дочери обращается герой, или к сегодняшней взрослой и самостоятельной? Сумбурны и страхи героя, связанные с дочерью, стремление не потерять ее. Возникает вопрос, кого он боится потерять: маленькую девочку на пляже или большую в современном мире? Порыв «защитить» ее кажется нелепым, но трогательным шагом слабого, немощного и бесправного человека. Таким образом достигается эффект пространственно-временной «воронки»: все смешалось – прошлое и настоящее, разумное и сумасшедшее, повседневность и подмена реальности. Момент прямого обращения героя к дочери можно было бы посчитать кульминацией пьесы и, вероятно, в чем-то это так и есть, если считать кульминацией высшую точку эмоционального напряжения в спектакле. В целом, рассматривая композицию спектакля, на мой взгляд, это не является кульминацией, так как это событие не обостряет проблему и не разрешает цепь обозначенных жизненных фактов. Это момент по своей сути бессмысленный, поскольку не решает ничего не в сознании героя, ни в действии. Этот крик души не является криком о помощи, несмотря на то , что текст звучит примерно так: ты – все что у меня есть – говорит герой и просит не оставлять его, не бросать… Это противоречие между словом и делом выглядит так, как скептически сказал однажды Шекспир «слова, слова, слова»…Отсутствие кульминации обосновано самим характером образа героя, ведь сама жизнь этого человека находится на грани срыва, она вся одна пустая кульминация…
В целом, спектакль «Любитель абсента» отражает многие экзистенциальные проблемы современного человека. Автор данного спектакля А.Л.Ушаков прекрасно демонстрирует их многоаспектность и выносит для размышления публике, ставя перед зрителями «вечные» вопросы, главный из которых «кто виноват?» Извечный вопрос «Что делать?», в данном случае, даже не ставится. На мой взгляд – это и результат (выявленный проведенным анализом) и главный недостаток спектакля. Уважаемый автор не предлагает выхода из представленной им проблемной жизненной ситуации, в которой оказался его герой. К примеру, для сравнения, А.М.Горький, поднимая подобную тему в пьесе «На дне» выход находит – это общий, совместный путь наверх, к новой жизни. Приведем в пример известного исследователя отверженных жизнью людей – Ф.М.Достоевского. И он нашел для себя объяснение и выход. Именно о нем пишет Стефан Цвейг: «Герои Достоевского не ищут и не находят связи с действительной жизнью; в этом их особенность. Они вовсе не стремятся к реальности, а сразу же выходят за ее границы, в беспредельность. Их судьба сосредоточена для них не вовне, а внутри. Их царство не от мира сего». В данном случае, к сожалению, внутренний мир героя, как уже было сказано выше, не может быть его пристанищем, он так же искажен, испорчен, как и внешний. Безысходность – вот вывод, к которому приходит зритель, посмотрев спектакль. Несмотря на это, следует отметить важное воспитательное значение спектакля, способного вызвать у зрителя чувство глубокого сострадания и сопереживания, сформировать толерантное отношение к маргинальному человеку как проблеме и социальному феномену нашего современного общества.
Рецензент: филолог, кандидат педагогических наук, доцент кафедры Государственного и муниципального управления и права ТюмГАСУ
Кузьмина Т.В.

NETDO.RU

Самому бесплатно создать сайт
Написать нам